«Территории, находящиеся за Уралом, в будущем будут кормить всю страну», интервью с Е.В. Додом, Газета.Ру

Интервью предправления компании «РусГидро» Евгения Дода «Газете.Ru»

Об энергетических проблемах и геополитической значимости Дальнего Востока, новых объектах, которые компания возводит в регионе для борьбы с изношенностью и дефицитом мощностей, а также перспективах переезда гидрогенерирующей компании «Газете.Ru» рассказал глава «РусГидро» Евгений Дод.

— Насколько важным вы считаете Дальний Восток с геополитической точки зрения? Нет ли опасения, что внимание к региону снизится после вхождения в состав России Крыма? Под угрозу могут быть поставлены проекты ТОР и прочее.


— Знаете, Дальний Восток для меня – это такой регион-парадокс. Это источник многих проблем и одновременно территория с колоссальным потенциалом для роста. Огромные расстояния, суровый климат, наводнения, обветшалость общей инфраструктуры, а порой и полное ее отсутствие, малонаселенность. И рядом – самые богатые запасы нефти, газа, золота, 72 процента неосвоенного гидропотенциала, если говорить об отрасли, в которой мы работаем, морские ресурсы. А также масштабный рынок сбыта, потенциальный поставщик оборудования и технологий, а, возможно, и источник капитала – страны АТР.

Я убежден, что Дальний Восток вместе с Сибирью – это плацдарм для укрепления позиций нашей страны, как экономических, так и политических. И Крым здесь совсем не помеха. Он, скорее, станет стимулом в создании новых источников пополнения бюджета. Нам всем надо быть честными перед самими собой и открыто признать: территории, находящиеся за Уралом, в будущем будут кормить всю страну.

Промышленное освоение богатого природными ресурсами Дальнего Востока принесет госказне средства для выполнения социальных функций – в Крыму, на Кавказе, в центральной части страны.

Но без государственных вливаний это сделать невозможно. У инвесторов, в том числе китайских, корейских и японских, не возникнет интереса к Дальнему Востоку на ровном месте – без опережающего создания базовой инфраструктуры, развития энергетики, строительства дорог и новых транспортных узлов, налоговых льгот. Это сделает регион инвестиционно привлекательным и конкурентноспособным, создаст благоприятные условия для ведения бизнеса. Позволит переманить азиатских инвесторов с других рынков.

Я абсолютно убежден, что ослабления интереса к Дальнему Востоку у государства не будет. Все предпосылки для этого есть. Президент в своем послании Федеральному Собранию определил Дальний Восток как национальный приоритет на весь 21-й век. Минвостокразвития подготовило законопроект по созданию территорий опережающего развития. Уже есть примеры прямого инвестирования бюджетных средств в энергетику.

Через докапитализацию «РусГидро» получило 50 млрд рублей на строительство четырех новых электростанций на Дальнем Востоке. И вообще-то, эти наши четыре стройки в Якутске, Благовещенске, Советской Гавани и на Сахалине – это первый масштабный проект с привлечением государственных средств в энергетике ДФО за последние 30 лет.

— 50 млрд рублей были выделены на строительство четырех теплоэлектростанций на Дальнем Востоке. Сколько из них находятся практически на старте строительства?


В Якутске, Благовещенске и Совгавани точку старта мы уже оставили далеко позади. Основные строительные работы на этих площадках уже идут: генподрядчики туда вывели людей и технику, оборудование заказано и сейчас изготавливается. На Благовещенской ТЭЦ возводятся фундаменты под оборудование и градирню, сейчас уже монтируют каркас котлоагрегата. А в Якутске, кстати, сейчас идет один из самых ответственных этапов работы. Там приступили к строительству основания главного корпуса станции и забивают сваи. В условиях вечной мерзлоты эта работа, поверьте, не из самых легких. Чтобы избежать замедления темпов строительства, наш генподрядчик разработал специальные технологические карты для зимнего бетонирования силовых плит. Это позволит вести бетонные работы в условиях суровой якутской зимы.

Для ТЭЦ в Советской Гавани в июле мы получили официальное разрешение на строительство от местной администрации. Это дало возможность генподрядчику развернуть работы, там сейчас завершены бурозврывные работы и начато сооружение фундамента под каркас главного корпуса. Сейчас мы максимально приблизились к развороту строительно-монтажных работа на стройке Сахалинской ГРЭС-2. Главгосэкспертиза согласовала техническую часть проекта, объявлен конкурс на генподряд, который завершится через месяц – в ноябре.

— Ресурсы Сахалинской ГРЭС практически исчерпаны. Успеете ли вы ввести новую ГРЭС-2 до конца 2016 года?

— Сахалинская ГРЭС-2 – это самый проблемный проект, мы этого никогда не скрывали. Очень долго не могли выбрать и утвердить земельный участок, затем несколько подвис вопрос с выбором топливной карты для этой станции. Дело в том, что на сахалинском шельфе идет активная добыча газа, местные потребители постепенно переходят на него. Два года назад два новых энергоблока Южно-Сахалинской ТЭЦ заработали на местном газе. Но при этом на острове есть богатые запасы угля, вокруг них сложилась огромная по местным меркам индустрия и связанная с этим социальная инфраструктура, рабочие места... Перевести всех подряд на газ означает лишить этих людей работы. И поэтому в вопросе выбора топлива для новой ГРЭС было принято решение в пользу угля. Этот топливный режим также подтвердил проведенный независимой инжиниринговой компанией технологический аудит. Потом мы вели продолжительные предписанные законом общественные слушания с местными жителями по экологическим аспектам этого проекта. Станция будет построена на берегу Татарского залива, и проект предполагал минимизацию нагрузки на морскую флору и фауну.

Как я уже сказал, проект сейчас проходит обязательные, предусмотренные системой контроля, этапы согласований и проверок. Это госэкспертиза проектной и сметной документации, параллельно его оценивают независимые аудиторы. Потом по схеме начнем согласования с Научным советом РАН по проблемам надежности и безопасности больших систем энергетики и c экспертами Научно-технической коллегии НП «НТС ЕЭС». Временные затраты на прохождение каждого обязательного в этой схеме этапа – это, к сожалению, перспектива переноса сроков ввода объекта. Возможно, на несколько месяцев. Однако, критическим для региона этот перенос стать не должен.

Действующая Сахалинская ГРЭС будет поддерживается в работоспособном состоянии ремонтными работами до ввода новой станции в эксплуатацию. Все эти сложности мы обсуждали с вице-премьером Аркадием Дворковичем и министром энергетики Александром Новаком. Правительство понимает объективные причины, из-за которых может быть перенесен срок пуска объекта.

— В чем принципиальная необходимость строительства всех этих станций? Как вы оцениваете износ объектов энергетики региона? Есть ли реальная опасность серьезных аварий?


— Износ энергооборудования на Дальнем Востоке составляет 50-80%. В некоторых регионах есть существенный дефицит электрической и тепловой мощности. Это все, конечно же, вместе может представлять опасность системных аварий и сбоев в энергоснабжении населенных пунктов. Причина в том, что дальневосточная энергетика с конца 80-х годов прошлого века не развивалась, а выживала. Прибыли, которую РАО ЭС Востока получает в регионе с тотальным тарифным регулированием, мягко говоря, совсем не хватает для текущих ремонтов и поддержания оборудования в работоспособном состоянии.

Предприятия холдинга РАО ЭС Востока вынуждены были кредитоваться для каждой ремонтной компании и латания дыр, сейчас мы помогаем им рефинансировать накопившийся долг. Собственные инвестиции в модернизацию и новые стройки в таких условиях объективно невозможны, а источников внешнего финансирования у энергетиков до 2012 года не было.

Регионы, в которых сейчас ведутся наши четыре стройки — самые проблемные участки на энергетической карте Дальнего Востока. Скорейшее строительство там новых энергомощностей для замены выработавшего свой ресурс оборудования стало вопросом выживания для людей, городов, социальной инфраструктуры. Еще раз подчеркну — это первоочередные проекты совокупной электрической мощностью 543 МВт, которые обеспечены финансированием и которые надо ввести в работу в ближайшие пару-тройку лет. К 2020 году мы ожидаем лавинообразное выбытие изношенных дальневосточных электростанций, которые необходимо будет заменять. Это около 3000 МВт, то есть в пять с половиной раз больше.

— Будут ли создаваться новые рабочие места? Как вы видите развитие региона с помощью проектов «РусГидро»? Планируется развитие инфраструктуры?

— Наши четыре объекта тепловой генерации на Сахалине, в Якутске, Советской Гавани и Благовещенске – это почти 5,5 тысяч рабочих мест для людей, которые будут заняты непосредственно на строительстве в самые пиковые периоды, и для специалистов, которые потом будут эксплуатировать новые станции. На стройплощадке Нижне-Бурейской ГЭС в Амурской области сегодня занято около 1300 рабочих и инженеров. Темпы строительства там нарастают, и количество рабочих мест будем увеличивать.

Основные задачи новых тепловых станций в Якутске, на Сахалине и в Совгавани – это замена изношенных мощностей работающих в этих регионах старых ТЭЦ и ГРЭС. Вторая очередь Благовещенской ТЭЦ решит другую задачу – снимет острейший дефицит тепла в столице Приамурья. Но вместе с тем, например, совгаванский проект – это база для реализации масштабных инвестиционных планов по созданию портовой особой экономической зоны. В регионе появится излишек электроэнергии для возведения на берегах Татарского пролива новых контейнерных и угольных терминалов, судоремонтного центра и производств по переработке рыбы и морепродуктов. Появится энергетическая инфраструктура для строительства второй ветки БАМа. А это новые рабочие места, количество которых я сейчас даже примерно затрудняюсь назвать: речь, скорее всего, идет о нескольких десятках тысяч.

На Сахалине стройка новой ГРЭС позволит увеличить объемы добычи угля и задействовать в этом жителей острова. Устранение дефицита тепловой энергии в Благовещенске после ввода второй очереди ТЭЦ простимулирует жилищное строительство, сейчас же новые микрорайоны к теплосетям не подключают совсем. Стройки остановлены, люди ждут тепла. Нижне-Бурейская ГЭС будет снабжать электроэнергией космодром «Восточный». Его уже строят, объект гигантский, сложный с инженерной точки зрения, народу там работает масса.

Все эти проекты уже сейчас обеспечивают устойчивый рост налоговых поступлений в бюджеты или будут это делать в будущем. А это источники для развития социальной сферы. То есть энергетика выступает инфраструктурным мультипликатором роста по всем направлениям: рабочим местам, смежным производствам, налогам, социалке, дорожному и электросетевому строительству. Кроме того, не надо забывать о том, что перенос части функций исполнительного аппарата «РусГидро» во Владивосток также, неизбежно, создаст новые рабочие места.

— Будет ли спрос на электроэнергию в регионе обеспечен, с учетом некоторого замедления экономического роста, отказа от ряда проектов? Кого вы на текущий момент рассматриваете в качестве основных промпотребителей? Актуальные прогнозы потребления по ДВ до 2020 года?


— Я бы не говорил о полном отказе от реализации проектов, подразумевающих создание энергоемких производств – наших потенциальных потребителей на Дальнем Востоке. Приходится временно отказываться от некоторых проектов: например, в Якутии мы завершили проектирование Канкунской ГЭС, поскольку крупные промышленные группы, планировавшие осваивать богатый полезными ископаемыми юг республики, пересмотрели свои планы. Смысла строить эту ГЭС в отсутствии потребителей нет, и мы отложили этот проект до лучших времен.

Но в других регионах пул промышленных потребителей сохранился и ждет пуска наших объектов.

Так, вся будущая выработка Нижне-Бурейской ГЭС станции уже законтрактована, с Роскосмосом подписано соглашение о поставках электроэнергии для космодрома «Восточный». По потреблению оставшихся объемов электроэнергии и мощности этой ГЭС достигнуты договоренности с рядом компаний, в том числе с «Транснефтью», УК «Петропавловск».

В Магаданской области, где мы строим Усть-Среднеканскую ГЭС, изначально были планы развивать золотодобывающую отрасль и основную часть выработки новой станции направлять на энергоснабжение ГОКов и рудников. Строительство этих объектов перенесено на неопределённое время, но у нас совместно с японской компанией «Кавасаки» возникла идея создать в Магадане завод по производству сжиженного водорода. Кстати, этот проект не только поможет повысить загрузку Колымской и Усть-Среднеканской ГЭС, ликвидировав энергоизбыточность региона, но и позволит снизить средний тариф на электроэнергию для конечного потребителя.

Вообще до 2017 года на Дальнем Востоке должен появиться ряд крупных потребителей. Это объекты газотранспортной системы «Сила Сибири» и сопутствующие производства по газопереработке и газохимии. У нас уже есть проект программы по строительству ГЭС на притоках Амура для борьбы с паводками, разработанный по поручению правительства после дальневосточного наводнения 2013 года. Плюс это 1 762 МВт чистой энергии, которые смогут полностью закрыть потребность в электроэнергии и мощности новых потребителей.

Если приводить примеры по тепловой энергетике, то самый показательный – это ТЭЦ в городе Советская Гавань. Уже сейчас будущие резиденты портовой особой экономической зоны подали заявок на 50 МВт перспективной мощности. Это без учета растущих потребностей жителей Ванинского и Совгаванского районов Хабаровского края, а также перспективной электрификации БАМа.

Для того чтобы связать планы по новому строительству, реконструкции тепло- и электросетей с перспективным спросом и прогнозами потребления в регионах ДФО, наши коллеги из «РАО Энергетические системы Востока» разработали программу перспективного развития энергетики Дальнего Востока. Она предполагает вывод из работы 3 ГВт старых мощностей и ввод 4,4 ГВт новых. На это, по нашим оценкам, потребуется 490 млрд руб. до 2025 года, из них до 2020 года — около 220 млрд руб.

— Откуда будете брать деньги? Перспективы окупаемости данных объектов, проблемы тарифообразования в регионе? Будет ли рост тарифов для населения?


— У нас есть несколько решений, они обсуждаются сейчас в правительстве. Безусловно, мы рассчитываем на государственные инвестиции, как это было по первым четырем проектам. Есть также вариант привлечения стратегического, якорного инвестора в лице «Роснефтегаза». Оба эти варианта являются оптимальными с точки зрения отсутствия дополнительной тарифной нагрузки на потребителя. Но без тарифного решения по окупаемости этих проектов будущий денежный поток от этих проектов, который необходим для дальнейшего развития компании, не гарантирован…

Наши коллеги из «РАО ЭС Востока» готовят предложения, в основе которых долгосрочное закрепление тарифа и введение механизмов, гарантирующих возврат вложенных средств и получение доходности. Этот способ, в зависимости от возможностей роста тарифа и сроков его закрепления, может привлечь внешних инвесторов – банки, крупные промышленные группы, имеющие свои интересы на Дальнем Востоке, и, возможно, даже бизнес-структуры из стран АТР.

Кстати, наши азиатские партнеры сохраняют устойчивый интерес к проектам второго этапа программы развития энергетики ДВ, включая противопаводковые ГЭС. Переговоры с китайскими и корейскими инвесторами мы не останавливаем.

— Сейчас «РусГидро» участвует в экспорте электроэнергии в Китай? Есть ли планы по развитию экспорта?

— Группа «РусГидро», включая «РусГидро» и «РАО ЭС Востока», самостоятельно не осуществляет прямых экспортных поставок. Для экспорта в Китай используются излишки электроэнергии, невостребованные на внутреннем рынке. Они по двусторонним договорам реализуются на оптовом рынке. В прошлом году после внесения изменений в нормативную базу появилась возможность пакетного заключения двусторонних договоров в ОЭС Востока.

Для каждого двустороннего договора, входящего в пакет, устанавливаются одинаковые доли объёмов поставки ГЭС и доли объёмов поставки ТЭС. Это позволяет получить по пакету средневзвешенную цену, интересную для покупателя, а группе «РусГидро» заключать двусторонние договоры не только по ГЭС, которые имеют самые низкие тарифы в ОЭС Востока, но и по ТЭС, тарифы по которым на порядок выше.

За счёт пакетного заключения двусторонних договоров в 2013 и первом полугодии 2014 года «ДГК» (входит в холдинг «РАО ЭС Востока») получила и продолжает получать дополнительную выручку. Эти деньги направляются на поддержание надежности энергоснабжения, обновление и модернизацию теплогенерирующего оборудования, имеющего, как известно, очень большой износ.

Основной объём поставки электрической энергии по двусторонним договорам в 2014 году приходится на «Интер РАО». В целом по 2014 году мы можем выйти на объём поставки по всему пакету на 2 млрд кВт/ч при нормальной водности. Потенциал при действующей сетевой инфраструктуре составляет 6 млрд кВт/ч в год, поэтому мы очень заинтересованы в увеличении трансграничных поставок.

— Аудиторы Счетной палаты неоднократно заявляли том, что компания не укладывается в план реализации выделенных денег: в 2013 году было потрачено только 2,05 млрд руб. (37% плановой суммы). При этом длительное неиспользование денег может расцениваться как неэффективное предоставление бюджетных инвестиций. В чем причина задержки? Назовите актуальные планируемые сроки ввода мощностей. Как будет контролироваться использование средств?

— В 2012 году, на момент выхода указа президента о выделении бюджетных денег через докапитализацию «РусГидро», у нас даже проектов не было, отсутствовала согласованная проектно-сметная документация, не были определены земельные участки, не было отобранных по конкурсу генподрядчиков и производителей оборудования. В таких исходных условиях тратить бюджетные деньги невозможно, это противоречит существующему законодательству и здравому смыслу.

Сейчас по трем из четырех проектов у нас есть весь полный набор ресурсов и инструментов для работы, сахалинский проект проходит государственную экспертизу и независимый аудит. Работа по всем четырем объектам ведется максимальными темпами. Финансирование тоже идет по графику, на сегодня объем направленных на эти проекты бюджетных средств уже превысил 9 млрд руб. В целом в этом году планируем профинансировать все четыре проекта на сумму 13,4 млрд руб. из выделенных государством 50.

Для прозрачности использования этих государственных миллиардов создана особая, беспрецедентная для современной российской экономики система контроля. Проверяют как на стадии проекта, так и в ходе строек. Мне пальцев рук не хватит, чтобы сейчас сразу перечислить всех контролеров — Сбербанк, Минэкономразвития, Минэнерго, Счетная палата, Главгосэкспертиза, независимые аудиторы, налоговые органы, Ростехнадзор, наши отраслевые научно-технические эксперты. И это только на федеральном уровне. А есть еще местные администрации и региональные подразделения федеральных ведомств. Каждый проект проходит через мелкое сито многочисленных проверок. Если где-то находят недочеты, возвращают нам на доработку. И так может быть по нескольку раз.

Сами понимаете, что механизм с таким количеством проверяющих органов, мягко говоря, очень тяжеловесен и неповоротлив. Но благодаря ему проверить нас — все затраты, целевое использование каждого рубля — можно за 3 минуты. Многим эта система не нравится. Например, у наших подрядчиков весь этот многоярусный контроль вызывал оторопь на первых порах. А потом ничего – привыкают. И встраиваются в систему. Поэтому, несмотря на некоторую задержку в использовании бюджетных денег, сейчас у нас нет сомнений в том, что три стройки будут завершены в срок. А четвертая – Сахалинская ГРЭС-2 – с задержкой.

— Компания недавно официально объявила о переезде во Владивосток к концу 2015 года, о необходимости которого ранее заявляли представители российских властей. Вы ранее говорили о намерении перевести около 300 сотрудников, основным офисом планируется сделать здание ДЭК. Эти 300 человек переезжают из Москвы или других регионов? Сколько в общей сложности будет работать сотрудников на ДВ с учетом ДЭК? Предполагаются ли какие-либо льготы, бонусы к зарплате для переезжающих сотрудников? Как удается мотивировать людей на подобную смену места жительства?

— Точку в вопросе переезда должен поставить наш Совет директоров, если будет принято такое решение — переедем. Пока Владивосток рассматриваем как один из наиболее приемлемых городов для нашей дислокации.

Площадь здания в центре Владивостока, которое мы подобрали, — 5 тысяч квадратных метров. В этих помещениях после реконструкции можно разместить до 500 человек. Это с учетом людей из исполнительного аппарата «РусГидро» и сотрудников входящей в группу «РусГидро» сбытовой компании ДЭК. Да, специалистов будем перевозить из нашего московского офиса. Но пока точное количество сотрудников не назову. Сначала необходимо понять, кого мы можем перевезти из Москвы без ущерба для нашей операционной деятельности. Даже если перевезем до 500 или 400 человек, то очевидно, что все в это помещение не поместятся, потому что ДЭКу тоже где-то надо работать.

Людей на переезд предполагаем мотивировать прежде всего готовой социальной инфраструктурой. Есть планы построить детский сад, школу и новое жилье для переезжающих. Образовательные учреждения, кстати, будут нашим вкладом в местную социальную инфраструктуру, пользоваться ими смогут и местные жители. Кроме того, не надо забывать о необходимости стимулировать повышение занятости в самом Владивостоке. Планируем также набирать персонал из числа квалифицированных специалистов – жителей региона.

— Какой ожидается экономический эффект от переезда для бюджетов разных уровней? Сколько будет стоить переезд?

— От перевода офиса «РусГидро» во Владивосток глобального увеличения поступления налогов в бюджет Приморского края не произойдет. Мы оцениваем этот рост примерно в 2% от общего количества налоговых выплат компании. Основной объем наших налоговых выплат приходится на бюджеты регионов, где находятся наши станции. Это налог на прибыль, а точнее основная его часть (18% из 20%), которая уплачивается в регионы по местонахождению основного имущества и персонала. И налог на имущество, выплачиваемый по месту нахождения имущества. Среди регионов, получающих эти налоговые выплаты, Приморья нет.

Объемы выплат федерального НДС после переезда не изменятся. Мы — крупнейший налогоплательщик федерального уровня. И, как и другие крупнейшие налогоплательщики, независимо от юридического адреса и местонахождения состоим на налоговом учете в специализированной межрегиональной налоговой инспекции, находящейся в Москве. Все налоговое администрирование и уплата федеральных налогов, в том числе НДС, осуществляется через этот налоговый орган.

Что касается наших затрат на переезд. Безусловно, они будут. Пока мы сделали только самый предварительный расчет. О точной цифре можно будет говорить после того, как будет готова детальная программа переезда и смета. Конечно, это будет немаленькая сумма, поскольку она включает расходы на ремонт офиса, решение социальных вопросов переезжающих сотрудников, на саму перевозку. Но мы будем стремиться к тому, чтобы это дало долгосрочный положительный эффект с точки зрения снижения административных расходов. Мы уже сэкономили, остановившись на варианте размещения офиса в здании ДЭК. Покупка другого помещения при текущем рынке бизнес-недвижимости во Владивостоке потребовала бы гораздо более значительных расходов.

— Остается ли головной офис (точнее его часть) в Москве, сколько человек будут там работать?

— Безусловно, в Москве останется часть сотрудников. Во-первых, здесь находятся все наши контрольные и профильные ведомства. И нам надо быть на прямой очной связи с ними. В центральной части страны и на Кавказе у нас очень много действующих и строящихся объектов. Все они требуют постоянного контроля со стороны наших профильных департаментов – это выезды в командировки, внутренний аудит, различные совещания в регионах. Съездить в командировку на Волгу или Кавказ из Москвы дешевле, чем проделывать этот путь с Дальнего Востока через столицу. Мы сейчас анализируем функционал подразделений исполнительного аппарата компании с точки зрения их объективной необходимости нахождения в Москве.


Источник

КОТИРОВКИ
Акции / АДР
Индексы
ФИЛИАЛЫ
ДОЧЕРНИЕ ОБЩЕСТВА